Кавказ
10 мар 2022, 13:51
В Северной Осетии покинул пост и. министра культуры республики
Эльбруса Кубалова освободили от исполнения обязанностей министра культуры Республики Северная Осетия-Алания по собственному желанию. Об этом сообщает пресс-служба главы и правительства региона.
Информации о том, кто будет исполнять обязанности главы республиканского минкультуры пока нет.
Эльбрус Кубалов: биография, доходы и имущество
Родился в 1964 году в Беслане, СОАССР. В 1982 году он окончил Орджоникидзевское училище искусств, в 1987 году — Московский государственный институт культуры.
В 1981-2003гг. — артист балета Государственного ансамбля танца «Алан». В 1991-1997 гг. был руководителем танцевального ансамбля «Терек» системы профтехобразования. В 1998-2010 гг. работал руководителем ансамбля танца «Арт» ДК с. Гизель.
В 2005-2009 гг. занимал должность художественного руководителя, хореографа Государственного театра «Арвайдан». В 2006-2009 гг. был балетмейстером-педагогом Государственного академического ансамбля танца «Алан».
В 2009-2011гг. являлся преподавателем отделения хореографического искусства Владикавказского колледжа искусств им. В.Гергиева. С 2011г. — художественный руководитель Государственного академического ансамбля танца «Алан».
В марте 2016г. стал заместителем министра культуры РСО-А. В мае 2019 года назначен министром культуры региона. С апреля 2021 года исполнял обязанности министра культуры.
По данным официальной декларации о доходах, в 2020 году Кубалов заработал 1,4 млн рублей. У него в общей долевой собственности находится ¼ доли в квартире общей площадью 40 кв. м. Кроме того, он владеет автомобилем Mercedes-Benz S350 4MATIC.
Художественный руководитель Государственного академического ансамбля танца Северной Осетии «АЛАН» Эльбрус Кубалов — в интервью Евгении Романовой для раздела Афиша информационного портала Руград.
— На Международный фестиваль «Территория мира» приезжают знаменитые российские коллективы, увидеть которые у жителей нашей области, как региона оторванного от Большой России, не так уж много возможностей, — это и хор имени Пятницкого, и ансамбль «Ивушка» из Тамбова. Раньше такие коллективы хоть по телевизору показывали, сейчас этого нет. Что же до «Алана», вы вообще для нас как с другой планеты, поэтому о вашем ансамбле интересно знать все. Начнем со школы: вы своих артистов сами воспитываете? И какие есть на Северном Кавказе учебные заведения, где обучают так танцевать?
— Я окончил Московский институт культуры и сам долго работал в этом ансамбле. Сегодня у нас в республике есть два средних специальных учебных заведения – колледж культуры и колледж искусств. В колледж искусств мы берем детей после шестого класса, они обучаются по общей школьной программе, параллельно получая профессию артиста ансамбля народного танца. Здесь основной акцент делается на получение профессии. В колледж культуры поступают после окончания школы и получают диплом по специальности «руководитель самодеятельного танцевального коллектива». В ансамбль мы отбираем лучших из двух колледжей. Сейчас студии при ансамбле у меня нет, я считаю, что при наличии двух таких учебных заведений она не нужна: база ансамбля предназначена только на профессиональных артистов, наши лучшие артисты постоянно проводят там мастер-классы, мы наблюдаем за ребятами. Я занимаю должность главного хореографа республики, мне подчиняются 52 самодеятельных коллектива, я имею возможность отбирать артистов отовсюду – лишь бы они сами хотели этого, — и создавать им условия для эффективной творческой работы.
— Когда был создан «Алан»?
— В 1938-м. В следующем году будем отмечать 75-летие. Интересна история создания. В Москве отмечали 23 февраля – раньше это был День рождения Красной Армии. Тогдашнее руководство НКВД – не знаю, Берия уже был тогда или нет, — решило сделать презент товарищу Сталину: в Москву привезли из Орджоникидзе группу самодеятельных артистов. Вождю их выступление понравилось, он поинтересовался, что за коллектив. Ему ответили, что вот, мол, новый ансамбль, только что созданный. Сказано – сделано, так «Алан» и появился.
— Насколько сложно в современных условиях руководить коллективом с такими традициями – и советскими, в том числе?
— Это очень сложно, потому что хочется сохранить эти традиции, в первую очередь. Но на дворе все же двадцать первый век — и нужно идти в ногу со временем. Например, я готовлю новую стилизованную программу для выезда за рубеж или в другой регион России, показываю ее дома – меня начинают обвинять в том, что, мол, «Алан» забыл свои корни. Я всегда отвечаю: мы ничего не забыли, репертуар может состоять из сорока танцев – и из двухсот танцев, если вы хотите убедиться, что мы чтим корни, приходите на наш ежегодный декабрьский концерт, где мы делаем только традицию.
— Это что-то вроде домашнего отчетного концерта?
— Да, для жителей нашей республики.
— Как ансамбль «Алан» принимают за рубежом – как представителя российской культуры или, все-таки, как представителя аутентичной культуры Северного Кавказа, ничего общего не имеющей, например, с культурой других российских регионов?
— Я понимаю подтекст вашего вопроса. Только одно слово – Кавказ – почти у всех вызывает ассоциацию с боевиками, взрывами и т.д. Мы, руководители танцевальных ансамблей кавказских республик, договорились, что каждый коллектив, где бы он ни выступал, представляет единый Кавказ и все мы, прежде всего, пропагандируем мир, рассказываем о том, что у нас хорошо. В Челябинске мы показывали программу «Модерн», ко мне после концерта заходят люди и говорят: послушайте, мы думали, у вас война, а тут такое высокое искусство. Отвечаю: поедем с нами – и вы увидите, что на Кавказе живут, работают, танцуют, поют. Я однажды на каком-то совещании нашему министру по межнациональным отношениям сказал: пора вам платить моим людям зарплату – на сегодня всю политику республиканского масштаба делает «Алан», потому что мы чаще всех выезжаем и рассказываем людям о жизни в нашей республике.
— Вторая тяжелее – и времени на нее совсем нет: вчера приехали, сегодня выступаем, завтра утром уезжаем, а хочется ведь поговорить с людьми, у которых всегда есть к нам много вопросов.
— Сколько сейчас артистов работают в ансамбле?
— Коллектив большой – 90 человек только артисты и оркестр, статус академического ансамбля позволяет такое количество. Оркестр – 18 человек.
— А в оркестре какие инструменты представлены?
— Национальные инструменты – только барабан и гармошка. Есть два синтезатора. Мы экспериментируем всегда, потому что люди хотят зрелищ. И название «ансамбль танца» предполагает в этом плане широкое поле для таких экспериментов. Игорь Моисеев в свое время говорил, что если ты назовешь коллектив «ансамбль народного танца», то будешь вынужден заниматься только фольклором. Только что прибалты на пресс-конференции хвастались тем, что они не отходят от традиционного фольклора. Да если я сегодня от него не отойду, у меня завтра будет некому танцевать. Я хочу создавать комфортные творческие условия для молодежи. Когда молодой человек идет ко мне, он знает, что сегодня он танцует какие-то стилизованные вещи, а завтра будет танцевать традиционный фольклор. Молодежь сейчас резвая и шустрая, ей только традиция не интересна.
— Финансирование ансамбля идет через федеральный бюджет?
— Нет, через республиканский. Здесь есть сложности, но наш глава республики очень любит искусство и понимает, что мы Государственный академический ансамбль «Алан» — это визитная карточка Северной Осетии. Отношение к нам очень хорошее, отказа нет ни в чем.
Текст – Евгения Романова
