HotIce.ru / 21.07.2010
25 декабря, 2022
9 декабря, 2022
21 октября, 2022
10 октября, 2022
31 августа, 2022
4 августа, 2022
5 июля, 2022
16 июня, 2022
26 апреля, 2022
7 апреля, 2022
27 марта, 2022
24 марта, 2022
1 марта, 2022
4 февраля, 2022
24 января, 2022
23 декабря, 2021
15 декабря, 2021
21 ноября, 2021
8 ноября, 2021
3 ноября, 2021
2 ноября, 2021
7 октября, 2021
1 октября, 2021
30 августа, 2021
29 июля, 2021
28 июля, 2021
21 июля, 2021
17 июля, 2021
30 мая, 2021
14 апреля, 2021
13 апреля, 2021
1 апреля, 2021
30 марта, 2021
12 февраля, 2021
11 февраля, 2021
2 января, 2021
15 декабря, 2020
8 декабря, 2020
3 декабря, 2020
17 ноября, 2020
6 октября, 2020
4 октября, 2020
13 марта, 2020
1 марта, 2020
30 мая, 2019
29 мая, 2019
11 апреля, 2019
14 февраля, 2019
22 января, 2019
1 августа, 2018
26 марта, 2018
26 января, 2018
12 октября, 2017
3 октября, 2017
8 сентября, 2017
11 июля, 2017
30 июня, 2017
17 июня, 2017
14 июня, 2017
11 июня, 2017
9 июня, 2017
3 июня, 2017
2 июня, 2017
31 мая, 2017
15 мая, 2017
28 апреля, 2017
19 апреля, 2017
15 апреля, 2017
14 апреля, 2017
12 апреля, 2017
И тогда мы полетели на Северный полюс
С руководителем теперь уж московского «Динамо» мы говорили в том самом офисе, в котором писалась история ХК МВД. Я оглядывался по сторонам — признаков скорого переезда в район метро «Динамо» не обнаруживал. Зато кабинет у Сафронова – словно музей. Я спросил Андрея Николаевича, какая из этих милых вещиц всего дороже его сердцу – и, скользнув взглядом по сторонам, он указал на фотографии детей:
— Вот что мне дороже всего.
— Из этого офиса будете переезжать на «Динамо»?
— Посмотрим. Возможно, там будет представительский офис. Но лучше работать там, где тебе удобно. Где все получалось. А на «Динамо» уюта нет, теплоты.
— Зато база какая.
— Это точно. Когда туда первый раз зашел — подумал, что попал в сказку. Сотрудники ХК МВД, которые стали работать в «Динамо», тоже были ошарашены. Я даже провел собрание: «Ребята, прекратите ходить с широко открытыми глазами. Прекратите удивляться». Жизнь продолжается. Вершина, которую покорил ХК МВД, для меня уже забыта. С вершины на вершину не прыгают. Спускаются — и идут на следующую.
— Уже осознали, что все это на динамовской базе уже ваше — этот холл, увешанный майками легенд, аквариум, каток?
— Да как можно осознать такое за два месяца?! Надо начать чемпионат, посмотреть игрокам в глаза. Надо научить болельщиков тебя любить. Когда мы приходили в Тверь с ХК МВД, болельщики скандировали: «Пока мент на поле, зек на воле». Все это помним. Еще помним, как мы уходили из Твери — и те же болельщики плакали. Да и многие руководители команды МВД плакали в тот момент.
— Из Балашихи уходили иначе?
— Как-то обыденно. По рабочему. Сделали свое дело, доказали, что нас надо любить. Все-таки хоккейный клуб МВД вписал золотыми буквами Балашиху в историю российского хоккея. Ни одна команда Московской области так высоко не забиралась. « Химик» завоевал два раза бронзовые медали, один раз серебро — и все, больше ничего.
— Уход какого игрока доставил вам особенную боль? По кому тоскуете?
— Тосковать не тоскую, я с этим человеком часто общаюсь. Он стал агентом. Андрей Разин. Не понял я Андрея в какой-то момент. Наверное, не дотерпел — а мы на него в тот момент очень рассчитывали. Разин сам снял свою кандидатуру. Закончил, не начав. Хоть я со всеми стараюсь расставаться в нормальных отношениях.
— Получается?
— Не всегда.
— Есть в хоккее люди, которым никогда не подадите руки?
— Поставьте многоточие. Первый президент ХК МВД Константин Ромодановский говорил: «Месть — блюдо, которое подают холодным». А мне хочется эмоции подавать холодными. Руку подаю всем. Просто с некоторым здороваюсь и скорее иду дальше, а с кем-то могу говорить по полдня.
— Среди руководителей других клубов есть люди, которых можете назвать своими друзьями?
— У меня отличные отношения с Омском. С Лешкой Жамновым. Просто классные отношения с руководителями «Ак Барса». На церемонии награждения КХЛ даже сидели за одним столом. Когда «Ак Барс» завоевал свой первый Кубок, единственным клубом, который потрепал им нервы, был именно ХК МВД. Шавалеев, выдавливая улыбку, побежал тогда к судьям. Не понял, что происходит.
— Почему?
— Потому что у нас в команде не платали зарплату. Мы вызвали на эти игры молодых, и вот такой эффект. Один приятель тогда сказал: «Николаич, вы не проиграли им серию. Один матч выиграли, один проиграли и две ничьи». Правда, эти ничьи завершились поражениями по буллитам.
— Когда «Динамо» брало Хомутова — вы знали, что ничего хорошего из этого не выйдет?
— Пусть даже Хомутов прочитает эту заметку — не страшно. Есть такой уважаемый агент — Юра Николаев. В тот момент, когда Хомутова назначили главным тренером «Динамо», я Николаеву сказал: «Юр, все понятно. „ Динамо“ нам не конкурент». Я не понял, зачем Хомутова взяли.
— Дочка играет в волейбол, сейчас будет жить в районе Турина. Но я скажу насчет Хомутова — нельзя относиться так к своей стране, как он. Нельзя постоянно ее шпынять. Я как-то ему сказал: «Андрей, тебе эта страна дала все. Ты здесь стал игроком, здесь стал человеком». Наверное, наверху все видят.
— Как вы его отыскали?
— Инициатором приглашения был мой покойный одноклассник и друг Игорь Стельнов. Как я звонил Хомутову в Швейцарию — история отдельная. Он просто не поверил, что его приглашают на работу. Он человек достаточно сентиментальный, уже в Москве я видел слезы на его глазах.
— Вам такое нравится?
— Да, я сам сентиментальный. Хомутов хотел работать. А мне казалось, наконец нашли того капитана, который должен вести это судно. Прежде едва ли не два раза за сезон меняли тренера. Никак не могли найти своего. И не нашли в лице Хомутова. Еще один момент я понять не мог. Я прожил в Италии пять лет. Мне нравятся итальянские передачи, итальянский спорт. Политика. Даже просто передачи на итальянском языке. Нравится, и все. Читать и разговаривать я могу бегло. Как-то рассказывал своим сотрудникам: «Мне начали сны на итальянском сниться».
— К чему это вы?
— Андрей Валентинович прожил в Швейцарии без заездов в Москву семнадцать лет. Как-то его спросил: «Андрюш, ты язык-то как знаешь? На пятерочку с минусом? На четверочку?» Да на какую отвечает, четверочку? На три с минусом!
— Помните, когда он вас особенно удивил какой-то выходкой?
— Помню. В тот сезон мы уже играли в Балашихе, а капитаном был Дима Субботин. Я в какой-то момент понял, что у него эмоции перехлестывают, человеку просто надо расслабиться. С Субботина надо снять ответственность за эту вот капитанскую повязку. Я очень долго думал — и решил встретился с двумя людьми — Пашей Трахановым и Черновым. Команде нужен был лидер в раздевалке, который будет не просто сидеть в сторонке. Траханов сказал: «Андрей Николаевич, я не готов».
— Чернов согласился?
— Встретились с ним в конце декабря, перед самым Новым годом. Говорю: «Черный, готовься. Мы меняем капитана. Справишься?» — «Справлюсь!» Но справился он своеобразно. После Нового года пришел в веселом настроении, так сказать. Хороший ты, говорю, капитан. Да у нас вся команда за пивом после тебя пойдет. На этом мероприятие по назначению Чернова капитаном закончилось.
— Вы говорили, что очень дружили со Стельновым?
— Это была не дружба, а уже что-то родственное. Выросли в одном микрорайоне, девять лет просидели за одной партой.
— Его кончина стала полной неожиданностью?
— Мне не очень приятно вспоминать ситуацию, из-за чего и как это произошло. Русскую душу и так понять сложно, а уж такого открытого, русского в квадрате, еще тяжелее. Многие Игорю по-черному завидовали. Говорили: «Стельнов, ты работаешь здесь, пока есть Сафронов». У него сложная судьба — умер отец, следом погибла мама.
— Что ответите?
— Отвечу: да, наверное, отчасти я виноват.
— Где они сейчас?
— Раздарили игрокам на торжественном вечере, когда министр поздравлял команду. Наше поражение — стечение обстоятельств. Очень уж было много травмированных. Мы Шибаева вызвали с температурой из Твери. Я очень хотел, чтоб Лешка Кудашов стал чемпионом — чтоб еще раз показать Ярославлю, что к чему. Я очень хотел, чтоб ребята, на которых в начале сезона никто ничего не ставил, прошли с высоко поднятой головой: «Мы это сделали!» Они ведь забрались на Эверест. Просто на этой вершине кто-то должен встать, а кто-то — спуститься. Ведь до Гагарина тоже кто-то летал, он был не первый. Просто про того человека никто ничего не знает.
— Интересная параллель.
— Сейчас про ХК МВД знают все. Я на днях ездил поздравлять Геннадия Андреевича Зюганова с днем рождения, мы десять лет подряд в одно время отдыхаем в Кисловодске. Он сказал, что большая часть страны болела за МВД. Мы перевернули мировоззрение людей, дали понять — богатые тоже могут плакать, а бедные — выигрывать. Наша зарплатная ведомость — 21-я в КХЛ. И ребята наши плакали, проиграв в финале. До этого у меня были очень хорошие отношения с судьей по фамилии Горский. Но я не понимаю, как второй матч можно было доверить человеку, который заканчивает карьеру. Это был настоящий судейский беспредел. Я никогда не видел министра внутренних дел настолько возмущенным.
— Вам не хотелось по своим каналам узнать правду — откуда беспредел? Почему?
— Для чего узнавать — чтоб расстроиться еще сильнее? Или вы думаете, нам дадут тот матч переиграть?
— Как отреагировали?
— Позвонил Леше Кудашову: «Что происходит?» Да нормальная, говорит, тяжелая работа. А кто сказал, что будет легко?
— В вашей жизни были ситуации, когда уберегло чудо?
— Маленьких случаев было много, но был один и серьезный. В 2000-м году полетели с друзьями на Пасху в Сочи. Самолет с полными баками взлетел — и загорелся. С полными баками сел обратно на взлетно-посадочную полосу буквально через пять минут. Я многое тогда узнал.
— Авраам Грант до сих пор хранит в своем телефоне SMS от игроков «Челси». А в чем ваша сентиментальность?
— Когда звучал гимн ХК МВД — у меня наворачивались слезы. Под гимн страны колотит очень прилично. Знаю почти все старые фильмы наизусть — и знаю, в каких моментах буду плакать. Выхожу. Потому что вспоминаю родителей. Но все равно, подкатывает, не могу удержаться. Когда звучит песня «Команда молодости нашей» — тоже колбасит. От этой сентиментальности ни за что не хотел бы избавиться. Могу показать в своем телефоне те сообщения, которые мне присылали во время плей-офф, я их тоже не стираю. У меня была настоящая мужская истерика, когда мы проиграли в плей-офф. Я не стеснялся слез. Как не стеснялся слез после победы над Ярославлем. А SMS можете прочитать, там много интересного. Их очень много. Дочка присылала из Италии очень теплые. Латинскими буквами — русские слова.
— После поражения тоже присылали?
— Присылали — но я их не читал. Хоть тоже сохранил. Когда люди успокаивают — это не для меня. Не переношу чужих слез, хоть сам могу заплакать.
— От какой собственной черты с удовольствием избавились бы?
— Когда знакомлюсь, говорю — я знаю пять языков. Русский, итальянский, свиной, говяжий и матерный в совершенстве. Думаю, в 47 лет меняться поздно. Хоть поменялся бы.
— Матерный исключили бы?
— Исключил бы свиной и говяжий. Потому что на матерном я разговариваю, а не ругаюсь. А от некоторых услышишь — им уши режет.
«Федотов должен играть. Мы псевдочлены ИИХФ, нас взяли и убрали. Могут исключить из-за того, что плохо здороваемся, не с той ноги встаем»
Андрей Сафронов отреагировал на слова президента ЦСКА об Иване Федотове.
Ранее ИИХФ объявила, что контракт Ивана Федотова с «Филадельфией» в НХЛ действителен на сезон-2023/24, а соглашение с ЦСКА является нарушением трансферного регламента ИИХФ, и отстранила вратаря на 4 месяца. При этом на НХЛ дисквалификация Федотова не распространяется. Ц СКА на год запретили международные трансферы.
Клуб подал апелляцию на решение Международной федерации.
Президент ЦСКА Игорь Есмантович заявил, что Федотов начнет играть за клуб в Фонбет Чемпионате КХЛ с 1 сентября.
«Вы знаете, уже столько против нас дисциплинарных дел завели, нас уже отцепили от чего только можно. Если мы сегодня как бы псевдочлены ИИХФ по одной простой причине, что нас общим решением взяли и убрали, или решением там президента, я не знаю. Я считаю, что, наверное, президент ЦСКА правильно сказал, что Федотов должен играть, будет играть, а чем мы рискуем?
Может ли это обернуться исключением России из ИИХФ? Да я не думаю, да нас исключить могут не только из-за Федотова, из-за того, что мы плохо здороваемся, не с той ноги встаем, не так улыбаемся.
Вы знаете, это чисто субъективное мнение, волков бояться – в лес не ходить, когда-то надо показывать, что мы из великой, могучей и очень сильной страны, и очень сильной державы, которая называется Россия», – заявил бывший генменеджер сборной России Сафронов.
Тардиф о том, могут ли ФХР исключить из ИИХФ из-за Федотова: «Решение примет дисциплинарная комиссия»
История с Федотовым стала сериалом на стыке драмы, комедии и абсурда. Решение ИИХФ – точно не финал
Ситуацию Федотова можно решить за три звонка. Но этому жестко мешают два фактора: настрой ЦСКА и позиция игрока
